Минус на минус – будет ли плюс?
Пока наши достопримечательности остаются ничьими, они погибают
К сожалению, говорить об историко-архитектурных достопримечательностях стало чуть ли не модным. Всякий – и кто понимает, и кто не очень, и кто совершенно некомпетентен, – норовит порассуждать о том, что это наследие надо сохранить, не разбазарить, передать потомкам и так далее. На разных уровнях звучат эти разговоры.
А я как журналист могу позволить себе подойти к проблеме цинично, без придыхания, без воплей о «поруганном, растоптанном» и т.п. Что у нас в сухом остатке по Ленобласти? Сосчитаем плюсы и минусы.
Плюсы. Один усадебный комплекс в приличном, насколько позволяют финансы, состоянии. Это демидовские Сиворицы – нынче деревня Никольское Гатчинского района. Владелец – городская психиатрическая больница имени Кащенко. Между прочим, это именно великий психиатр Кащенко распорядился купить для больницы этот комплекс в начале XX века, да ещё и понастроить там модерна. В барском доме, где сидит администрация больницы и некоторые её лаборатории, сделан музей усадьбы, парк расчищен, приведён в порядок пруд. Минус этого плюса: все-таки далеко не каждый свободный гражданин радостно побежит в психиатрическую больницу, хоть и в музей. Поэтому мало кто любуется сиворицкими красотами.
Ещё один комплекс частично взят в собственность – одна бизнесвумен отреставрировала себе Дылицкий дворец с некоторыми службами и неплохо там себе поживает. Для поселка Елизаветино Гатчинского района дворец был всегда бельмом на глазу: и растащить его на кирпич не получалось, и содержать в по-рядке нельзя было, учитывая, что он много лет стоял бесхозным. А тут хозяйка появилась. Минусы этого плюса: часть комплекса осталась вне призрения – например, великолепная церковь работы самого Чевакинского, позднее барокко, стоит в ужасных, диких руинах, но владелица дворца, по ее словам, уже по деньгам не потянула реставрацию еще одного объекта. Плачет из-за своего высокого забора, на руины церкви глядя, а не берет. Богатые ведь тоже плачут. И о заборе. Если раньше по парку гуляли граждане и могли полюбоваться на дворец, то теперь они могут только залезть на какой-нибудь сарай и любоваться с крыши – зайти на территорию они не могут. Опять же, хозяйка говорила, что далеко не все любовались красотами – многие доламывали дворец, рубили парковые деревья. Вот такая дилемма: либо бесхозное, ничье, и оно погибает, либо хозяйское, в порядке, но за забором. Таких компромиссов, как на гнилом и раз-витом Западе, у нас нет – а там владельцу памятника архитектуры (в данном случае аж федерального значения!) изначально выдается обременение: по опре-деленным дням, не слишком часто, пускать туристов и гуляющих в парк и парадные помещения здания. А у нас изначальный максимализм: либо общее и пусть разрушается, либо мое и пусть все прочие идут вон.
Еще пример «барства»: купили «новые господа» усадьбу в Бусанах – Лужский район, озеро Врево, прелестное место. Ворота на замке, псы у ворот. Ладно, полюбуются гуляющие, да и мимо пройдут. А потом те же баре решили срубить дерево не по себе – купить соседнюю усадьбу, в несколько раз большую по размеру и несравненно более затратную в реставрации. Это Заполье, поместье Бильдерлингов, нынче – поселок имени Володарского. Новые хозяева поставили забор, раскурочили несколько построек, а потом… то ли деньги кончились, то ли запал пропал. Так и стоит все недоделанное, полуброшенное, а местные люмпены с удовольствием таскают стройматериалы с неудавшейся реставрации.
Очередной «плюс с минусом» – усадьба Утешение в Кингисеппском районе. Когда-то там был местный дом престарелых, потом некая дама взяла поместье в аренду. Отреставрировала, правда, вместо дорогой керамической черепицы, положенной по штату этой псевдоготике, она положила металлочерепицу – и живет себе. Чем зарабатывает – не наше дело. А на территорию, разумеется, не зайди – все в злобных псах. Возможно, псы призваны кидаться на плохих людей, воров и хулиганов, но подозреваю, что они с удовольствием порвут вообще любого постороннего человека, хоть простого туриста с фотоаппаратом и малым ребенком, гуляющего по окрестностям.
Еще среди плюсов – Гиморецкий погост в Подпорожском районе. Знаменитая деревянная церковь и комплекс построек при ней был отреставрирован еще в позднесоветское время и потом подновлялся. И стоит красота такая совершенно бесплатно, любой может подойти, сфотографировать… нацарапать ножиком слово на бревне… вытащить спички… тьфу-тьфу-тьфу. Вот минус этого плюса: никакой охраны! Если хозяин-барин сидит за тремя заборами, то государственная собственность, памятник федерального значения, супер-уязвимая «деревяшка» вообще не имеет надзора! А ведь в деревне Гимрека не то что пожарных – там и телефона-то нет. И сотовый берет далеко не везде. А если бы и был телефон – ближайшая пожарная команда находится в поселке Вознесенье за Свирью, переправляется, как все, на пароме. Быстро и часто паром не ходит. Ночью вообще не ходит. А дороги там – страшные ямы и колдобины, тоже не помчишься. В общем, если не дай Бог что, гореть Гимреке синим пламенем до утра. Утром кто-нибудь проснется из заречной власти и констатирует факт «утраты». Как утратили две разом церкви в деревне Волнаволок того же Подпорожского района. Кто-то развел костер рядом, не погасил, вспыхнул бурьян – и два памятника архитектуры. Остались только горелые валуны фундамента.
Еще плюс. Восстанавливается наконец сгоревшая во время танцев кирха в Приозерске – там дискотека была, кто-то, видно, «зажигал не по-детски». Минус: ходить туда будет некому. Ведь лютеранское население в бывшем Кексгольме извели под корень, и если найдется два-три лютеранина на округу, да еще пару машин с финнами-туристами подтянуть, – вот и весь приход. Это основная беда восстанавливаемых церквей: мало восстановить здание, оно должно использоваться по назначению. А если некому молиться, нет прихода? Опять дискотека? Сеновал? ООО? АОЗТ? Открытый вопрос…
Очередной плюс. Восстановили несколько лет назад колокольню Орлинской церкви в Гатчинском районе. И действующий храм должен был приобрести законченный вид. Но тот, кто видел эту «реставрацию», обычно хватался за сердце: вместо классической колокольни, которая была у церкви от рождения и которую можно увидеть на фотографиях в библиотеке соседнего поселка Дружная Горка, поставлен какой-то гибрид минарета и теремка. Дикое, несообразно уродство, торчащее из гармоничного тела церкви. Откуда этот «минус»? Да от «мецената», давшего деньги на колокольню – он имел смутные представления об архитектуре, поэтому сказал: «Делайте так, мне нравится!» И сбацали. Ему, может, и нравится. Но выглядит, ей-богу, гнусно. Хотя без колокольни совсем, наверное, было еще гнуснее?
Это я вам перечислила часть немногочисленных плюсов в деле охраны областных памятников. Надо ли при таких плюсах перечислять минусы? На-пример, говорить о полной утрате единственного деревянного дворца екатерининских времен – он сгорел в Скреблове Лужского района. О трагическом состоянии усадебного комплекса в Котлах Кингисеппского района. О фатальном состоянии нижних венцов сруба знаменитой церкви в Щелейках – Подпорожский район. О приговоренном к полному разрушению последнем творении Львова – церкви в Пятой Горе (Волосовский район). О выжженных дотла дворцах Врангеля (Торосово Волосовского района) и Елисеева (Белогорка Гатчин-ского района). О разваливающемся настоящем пушкинском доме в Кобрине (Гатчинский район), о сгоревшем дворце в Осиновой Роще (территория Курортного района Петербурга)… Продолжать можно до завтра.
Какой можно предложить выход из создавшейся ситуации? Полагаю, что каждый объект все-таки должен иметь хозяина. Если государству он не нужен – пусть забирают в частные руки. Но чтобы хозяин восстановил объект в первозданном виде и государство не драло с него три шкуры за это право, и чтобы владелец был обязан в оговоренное время пускать посетителей в парадные помещения – а государство не требовало полученные с туристов деньги отдать ему за право дышать воздухом на приведенной в порядок территории. Утопично? Возможно. Но это единственное, что кажется справедливым…
Татьяна Хмельник
Comments
Комментирование этой статьи закрыто.